Порядочная женщина  - Тереза Энн Фаулер

– Если маленькая Консуэло проникнется симпатией к Киму, а он – к ней, ты сможешь выдать ее замуж за герцога! То есть, конечно, будущего герцога, – заявила недавно прибывшая в Нью-Йорк из Европы леди Си.

– Не рановато ли сватать их? – улыбнулась Альва.

– Видит бог – если скорость, с которой его отец тратит деньги, не уменьшится, нам понадобится богатая наследница.

Альва показывала подруге свой дом, который успел подвергнуться значительным изменениям. Прибегнув к услугам декоратора, которого Уорд Макаллистер превозносил так, словно тот развешивал не только шпалеры и драпировки, но также луну и звезды в небесах, Альва сделала все возможное, дабы убранство дома выглядело «на миллион долларов». Для этого она воспользовалась принципом, которым руководствовалась при выборе свадебного платья – благородную простоту. А потому нагромождению разномастных столиков и полочек с безделушками (любой стоимости) и засилью в комнатах французской мебели (любого стиля), ставшими визитной карточкой нуворишей, она предпочла тщательно подобранные мебель и предметы интерьера, изготовленные прекрасными мастерами из прекрасных материалов. Конечно, можно было сделать обстановку еще изысканней, однако не позволял бюджет. К тому же Альва точно знала, что в ее окружении никто не мог похвастаться лучшим домом. Никто, кроме Элис, которая вновь была в положении, что отнюдь не мешало ей распоряжаться всем и вся. У Элис были средства и дом, в котором она имела возможность сделать все гораздо лучше, чем Альва. «Лучше, чем Альва», кажется, стало ее raison d’être^[30], важнее которого было разве что произведение на свет новых наследников и наследниц Вандербильтов.

Наблюдая за леди Си, Альва отметила, что подруга изменилась еще больше с их последней встречи. Выглядела она как всегда безукоризненно – шелковистые волосы, гладкое припудренное лицо, стройная фигурка. Однако в характере появилась жесткость, а британский акцент вытеснял кубинский. Консуэло курила одну сигарету за другой. Взгляд стал каменным. И она без устали критиковала Мандевиля. Наверное, их отношения были уже не такими прекрасными, как поначалу.

Возможно, перемены подобного рода для леди, находящейся в ее положении, не менее естественны, чем появление в городе новых домов. Все менялось. К примеру, благодаря французам на Мэдисон-сквер сейчас красовалась тринадцатиметровая бетонная рука, держащая факел, – ее установили, чтобы вдохновить граждан выделить средства на возведение «Свободы» целиком на более подходящем месте. Таков принцип существования – на место или на человека воздействуют определенные силы, и это место или человек меняются в соответствии с ними. Из почвы Манхэттена выросла гигантская рука, леди Си курила сигареты и использовала в речи слово «шлюха», Альва спала в розовой спальне в доме миллионера – при определенных обстоятельствах все становилось возможным.

Следуя за Альвой в детскую, леди Си сказала:

– Я слежу за тем, что пишут в газетах о тяжбе Вандербильтов – даже в Лондоне это громкие новости. Тебе не показалось, что Командор к концу жизни совершенно двинулся умом?

– Ты имеешь в виду его связи со спиритуалистами?

– Я имею в виду сифилис, который…

– Он не был болен сифилисом. Не стоит верить всему, что пишут.

– Но ведь из-за чего-то он двинулся умом, что-то разрушило его изнутри. В газетах опубликовали результаты аутопсии – в его теле не было ни одного здорового органа! Как ты это объяснишь?

– Это нужно спрашивать не у журналистов, а у докторов, – раздраженно ответила Альва.

– Как бы то ни было, Вандербильты теперь у всех на слуху.

– Вопреки моим усилиям.

– А что думает твой муж о том, что его отец может потерять половину наследства? Ведь тогда ему в будущем достанется гораздо меньше.

– Никто об этом не думает.

– Конечно, думает – и ты в том числе.

– Я люблю своего свекра.

Подруги подошли к двери детской.

– Ты будешь любить его еще больше, если он оставит твоему мужу часть не от пятидесяти, а от ста миллионов. Это же касается и моего сына, чей транжира-отец может оставить его без гроша.

– Это правда – о Мандевиле?

Леди Си только махнула рукой.

– Только посмотри на них! – Под присмотром двух молодых нянь среди игрушек на ковре сидели малыши. – Составим брачный договор сейчас или ты хочешь предоставить дочери возможность выбора?

– Конечно, я буду направлять ее интересы и желания в нужное русло. Разве девушка способна сделать правильный выбор самостоятельно?

Леди Си пристально посмотрела на Альву.

– Уж не разочаровалась ли ты в своем выборе?

– Не смеши меня. И вообще, Уильяма выбрала не я, а ты.

– Это такая мелочь.

– И в чем же я могу разочароваться? За исключением абсурдного скандала вокруг завещания, моя жизнь идеальна.

– Это ты меня не смеши. Жизнь женщины не может быть идеальной. – Леди Си обратилась к юным кормилицам: – Элен, Брин, скажите: вы в кого-нибудь влюблены?

Смущенные девушки обменялись озадаченными взглядами.

– Ну же, признайтесь. Разве не любви ищет каждая современная девушка? Разве не любовь придает жизни остроту?